Вангелия Пандева Гуштерова
Околосмертный и посмертный опыт. Бесовщина, псевдонаука или всё-таки - откровение?. Эзотерика - Живое Знание - «Эзотерика»
Они подтверждают эту древнейшую концепцию. Тем не менее, классическая наука игнорирует эти свидетельства, относя их исследования к «псевдонауке», а официальная церковь не приветствует их, определяя как «бесовщину». Попытаемся разобраться в причинах и следствиях этого неприятия.
Уже в детском саду ребенок должен узнать от взрослого, что у него есть бессмертная душа и она — самое главное, что есть у человека. Эта вера заставит его принципиально по-новому выстраивать свою жизнь, относясь к ней более ответственно.
Г. С. Прыгин
«Каждому из нас обязательно нужно решить вопрос, зачем он здесь и каково его предназначение». Это пишет практикующий американский нейрохирург Эбен Александер, получивший в коме околосмертное переживание (ОСП). Этот опыт глубоко переменил его внутренний мир, превратив его из материалиста-скептика в мистика-идеалиста. Но какой в этом смысл и практическое значение? С точки зрения современного урбанизированного человека, обученного в традициях материализма и прагматизма, ценно лишь то, что приносит доход (желательно в обозримом будущем). В такой картине мира разумно лишь то, что способствует достижению этой неоспоримой ценности: хорошая стартовая позиция в марафонском забеге за благами цивилизации; успех в конкурентной борьбе с себе подобными; здоровье для преодоления дистанции длиною в жизнь. За пределами этой дистанции, по ту сторону смерти — пустота и небытие, поэтому важно успеть достичь цели в её пределах. Кстати, слова "успех" и "успеть" - однокоренные.
А что, если жизнь не оканчивается со смертью физического тела, но лишь набирает разгон? А если жизнь и в самом деле только начинается там, где её материальное воплощение в теле постоянно черпало энергию, мотивации и смыслы — на тонких планах бытия? Тогда, очевидно, что это далеко не праздные вопросы. Более того: всё, что казалось ценным и важным в привычной картине мира: деньги, социальный статус, слава, и т. д. – оказывается пустышкой. И тогда успех на коротком отрезке длиною в жизнь оборачивается фиаско на дистанции длиною во множество жизней. Недаром люди после ОСП возвращаются на эту сторону Стикса изменёнными и преображенными духовно. Они перестают интересоваться деньгами, доходами и карьерным ростом. Их беспокоят экзистенциальные смыслы и высшие ценности бытия. Что им открывается на ТОЙ СТОРОНЕ загадочного Стикса? Почему они не спешат поделиться своими откровениями с общественностью? Не потому ли, что их опыт запредельного игнорирует официальная наука, не поощряет церковь, а современники, услышав их рассказ, отворачивают глаза? Это что-то новое или хорошо забытое старое?
Нижеследующий текст, основанный на обработке множества опубликованных свидетельств и жизненном опыте автора, касается поставленных вопросов. Не претендуя на исчерпывающие ответы, он имеет целью пробудить к ним интерес у читателя.
Вселенная сотворчества ).
Наиболее крепки бастионы материализма оказались в сферах физиологии и медицины, непосредственно соприкасающихся с изучением патологий мозга и их лечением. Магия средств современной медицины (компьютерная и магнито-резонансная томография, электроэнцефалография и т. п.), стремительно растущий объём и качество представления данных измерений мозговой активности – всё это часто вводит в искушение отыскать «правильный нейрокоррелят сознания», чтобы раз и навсегда решить «трудную проблему сознания». Американский нейрохирург с 25-ти летним стажем Эбен Александер, переживший ярчайшее околосмертное переживание в коме, пишет в книге «Доказательство Рая»: «А что, если мы не совсем понимаем, что ищем? Что, если более глубокое понимание человеческого сознания и его истоков приходит в форме не «белой вороны», а «черного лебедя», чего-то настолько невообразимого в нашей сегодняшней ментальности, что оно как бы и не существует, пока сам с ним не столкнешься?». В самом деле, для материалиста, обученного медицине на препарировании трупов, сложно даже представить себе, что сознание может существовать вне тела или мозга, а уж объяснить это… Тем ценнее свидетельства медиков об их собственных околосмертных переживаниях (см. например, Раджив Парти «Умереть, чтобы проснуться») и выводы, к которым приходят практикующие нейрохирурги либо исследователи мозга (см. например, Уайлдер Пенфилд «Мозг. Тайны разума»).
Более полувека назад биохимик и физиолог, Нобелевский лауреат 1967-года в области физиологии и медицины Джордж Уолд высказался по поводу нелокальной природы человеческого сознания так: «…Определить местонахождение разума/сознания невозможно. Совершенно абсурдно предполагать, что можно определить местонахождение явления, не подающего никаких физических сигналов, присутствие или отсутствие которого вне человека невозможно определить. Но еще более важно то, что местонахождение разума не только невозможно определить, а у него нет местонахождения. Это не какая-то вещь в пространстве и времени, его нельзя измерить, и, таким образом… его нельзя освоить, как науку». Спустя четверть века, его слова полностью подтвердились в исследованиях канадского нейрохирурга, специалиста по эпилепсии Уайлдера Пенфилда. В своей книге 1975-го года «Мозг. Тайны разума» он подытожил дело своей жизни и привел доказательства того, что сознание (включая долгосрочную память) не порождается мозгом, но скорее принимаются им из внешнего, нелокального хранилища информации. Независимо от него к аналогичному выводу приходит и австралийский нейрофизиолог, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине в 1963-го года Джон К. Экклз. Вот как он сформулировал своё убеждение в книге «Wonder of Being Human: Our Brain and Our Mind» («Чудо быть человеком: наш мозг и наш разум»): «Мы являемся сочетанием двух вещей или же двух сущностей: нашего мозга с одной стороны и нашего сознания – с другой». Еще более определённо высказался по поводу трансцендентности Разума американский физик Дэвид Бом в своих беседах с индийским философом и мудрецом Джидду Кришнамурти: «Наш мозг не создает разум. Разум первичен, он не принадлежит материи. Мозг же является прибором, который помогает Разуму функционировать». Косвенным подтверждением его слов является более чем столетняя история тщетных поисков зон в мозге, где, по предположению классической нейрофизиологии, мог бы генерироваться человеческий разум.
Как это часто бывает в мире науки, упираясь в тупик, порождённый ограниченностью исходных (базовых) положений, исследователь вдруг заново открывает для себя мудрость древних сакральных текстов. Адаптированная к современной лексике, эта мудрость позволяет выйти за флажки физикализма и с лёгкостью объяснить, казалось бы, необъяснимое. В самом деле, фундамент всех известных религий стоит на универсальных мистических переживаниях глобального единства мира и безусловной божественной любви, лежащей в его непроявленной информационной основе (см. например Торчинов Е. А., «Религии мира и опыт запредельного»). Мы можем называть это единство на православный манер «Царством Божьим» или, следуя традициям индуизма, – Брахманом. На эмоционально-чувственном плане бытия это единство переживается как встреча с безусловной (Божественной) любовью, на ментальном плане – как общение с Мировым Разумом.
Великий круговорот Духа. В древнеславянской ведической традиции, где фигурируют непроявленный мир (Правь), явленный мир (Явь) и связующий их мир промежуточных тонких планов бытия (Навь), смерть человека воспринималась как возвращение его души в дом небесный. Древнегреческий философ Платон описывает посмертное существование сознания как жизнь души в мире идей (на уровне ментальных планов бытия). Согласно ведическим традициям индийской философии, человек является частью космоса как единой, одухотворённой и мыслящей системы. Исходя из этого, цель его жизни – подготовка к соединению с духовной субстанцией Космоса. «Как человек, сбрасывая изношенные одежды, надевает новые, так и душа оставляет старое тело и входит в новые тела» учит Бахавад Гита.
Если всё это так, то почему же эти знания до сих пор не признаются ни официальной наукой, ни религиями, а десятки тысяч свидетельств очевидцев, переживших внетелесный опыт сохранения осознанности, либо игнорируются, либо (в лучшем случае) воспринимается как откровения? Почему любые попытки организовать систематические исследования тонких планов бытия и обмен информацией с его обитателями (такие, например, как Институт Монро, или международная сеть инструментальной транскоммуникации, или Скоулзская экспериментальная группа) остаются уделом бескорыстных энтузиастов и не находят поддержки на институциональном уровне государств и/или конфессий? Ответ кроется в истоках власти, готовой ради своего сохранения к любому уровню манипулирования сознанием масс. Человек, осознавший бессмертие своей души, мотивируется метапотребностями духовного пробуждения. Общества потребления из таких людей не построить и на сделку с совестью их не соблазнить. Такой человек, очевидно, перестаёт быть легко мотивируемым материальными благами и управляемым пропагандой идей, далёких от бескорыстной любви. А ведь именно идея бескорыстной любви красной нитью объединяет свидетельства тех, кто шагнул за порог земной жизни (в том, числе тех, кто вернулся оттуда к жизни на Земле, а также тех, кто остался ТАМ, но смог выйти на связь оттуда, используя любые формы спиритического взаимодействия). Вот, как описывает этот феномен Роберт Дж. Грант в книге «Место, которое мы называем домом»: «Нам целую вечность прививали страх. Фундаменталистские христианские секты учили людей бояться Бога. Нас приучили бояться жизни после смерти, и многие из нас считали, что мы сразу попадаем в ад без надежды на искупление. В свете тысяч описаний присмертных переживаний, зарегистрированных д-ром Реймондом Моуди, эти концепции являются ложными. Большинство из тех, кто выжил, побывав на пороге смерти, говорили в интервью д-ру Моуди, что ощущали безусловную любовь со стороны силы, более великой, чем они сами, то есть со стороны Бога. Самый важный урок, который они усвоили из умирания, это то, что цель их жизни — научиться безусловно любить других, точно так же как любят их самих. Д-р Моуди говорил, что, если бы каждый человек на Земле действовал в соответствии с этим простым принципом безусловной любви, то у нас на Земле давно настал бы рай».
Увы, рай на Земле не настал. Более того, человеческая цивилизация всё дальше отходит от такой возможности.
И последнее.
У входа в Дельфийский Оракул начертаны слова: «Познай самого себя!». Это тот путь, на котором только и открывается человеку его наивысшее предназначение и смысл жизни. Если следовать этому древнему указанию, то жизненный путь человека становится гораздо более осмысленным и волнующим, чем унылый забег за благами и ярлыками. На нём человек трансформируется из двумерного существа Томаса Гоббса, мотивируемого страхом и жаждой наживы, в бесконечномерного агента Мирового Разума и носителя Сознания Божественной Любви, каким его видел Тейяр де Шарден.
Нашли ошибку?
Добавить комментарий!