Ведущий-Алексей Дерябин

Сегодня будем говорить о трансперсональном опыте. Собеседником Сергея Сухова является Владимир Майков (с.н.с. Института философии РАН, трансперсональный философ и психолог). Про трансперсональное - Я всегда люблю начинать с определений. Итак, что такое трансперсональность? - Мы говорим о том, что на протяжении столетий ассоциировалось со словом "духовность". Уже древнейшая картины мира человека, которая нам известна с шаманских времен, трехчастна. Нижний мир — мир предков, историй,

Замри. Не двигайся. Любовь Идет сквозь нас. Не прекословь Ее волне. Останови Дыханье, вверившись Любви. Неспешный шаг Ее так тих! Сейчас Она сольет двоих В одно… Зинаида Миркина Есть в этом мире что-то, что превосходит этот мир. Бессмертный аспект реальности в нас, которым мы по сути и являемся. И мы же добровольно отказываемся от этого знания, ибо привычно приучены думать о себе по другому. Наверное, на этом можно было бы и остановиться, но наша жизнь устроена так что в ней рулит ум, а уму

О практике осознанного действия Окружающий мир – это причинно-следственный механизм. У каждого из нас свой окружающий мир. И дело не в том, что каждый физически живет в отдельной вселенной, а дело в разных описаниях окружающего мира, которые строятся у нас подсознательно. Так, для одних окружающий мир – это родственники, семья, забота о них, строительство теплицы для овощей, прореживание моркови, борьба с колорадскими жуками, полив грядок по утрам. Для других – карьера, позиционирование себя в

Внимание! Или мы сейчас договоримся, или навсегда разойдемся. Каждая мысль, которая жаждет ускользнуть и укрыться, каждое слоняющееся само по себе чувство должны быть усилием воли призваны к порядку и расставлены в образцовом военном строю. Я взываю о Magna Charta Libertatis, о правах ребенка. Может, их больше, но я нашел три основных. 1. Право ребенка на смерть. 2. Право ребенка на сегодняшний день. 3. Право ребенка быть тем, что он есть. Нужно понимать их, чтобы при распределении этих прав

Почему никто не понимает, чем занимаются ученые, и почему этих занятий не нужно бояться. Эйнштейн — не только один из величайших ученых-практиков, но и непревзойденный мастер афоризмов, помогающих понять место науки в контексте реального мира. Один из моих любимых афоризмов Эйнштейна гласит: «Если бы мы знали, что делаем, это нельзя было бы назвать исследованием». Это обезоруживающее признание, подобно многим другим высказываниям ведущих специалистов в разных областях, демонстрирует тонкую

Я неспешно переставлял ноги, а в голове беспорядочно крутились какие-то мысли, даже не мысли, а так, обрывки, несвязные, невнятные, не имеющие казалось бы никакого смысла. Глаза настойчиво пытались смотреть вокруг и вроде бы что-то видели, но будто через невидимый прозрачный экран, который вытягивал из картинки присущие жизни чувства. Пару десятков лет я точно прожил так — смотря, слушая, ощущая всё через этот неуловимый, обкрадывающий фильтр. Несколько лет назад я смог почувствовать

Много лет назад я посетил Тибет и нашел Учителя. Мы общались около месяца, и я открыл буддизм для себя. Сейчас, вернувшись в Тибет, снова я лелею надежду найти его, и о многом расспросить. Тогда он смотрел на меня, мудрый на глупого, и тратил время, - драгоценное для него и восторженно-склоненное - для меня. Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю - каким придурком я был. Но вижу также, что посеянные им зерна взросли, и без его благих наставлений я не был бы тем, кто я есть. Он дал направление и

Для того, чтобы объяснить развитие детей, знаменитый советский психолог Л.С. Выготский ввел понятие зоны ближайшего развития (ЗБР). Это то, что сегодня дети могут сделать лишь с помощью взрослого, а завтра – уже самостоятельно. Одаренные дети отличаются большой ЗБР, дети с умственной отсталостью – узким горизонтом, эта область у них мала. Это похоже на отодвигающийся потолок: ребенок, который активно развивается, поднимает свой потолок выше и выше, создавая новые возможности для реализации

Когда мне было лет восемь, по дороге в школу я однажды спросила себя: «Кто я на самом деле? Где я была, когда меня не было? Где я буду, когда меня, этой, не будет?». В тот момент я даже остановилась от внезапности вопроса. Я хорошо запомнила ту тянущую тоску внутри, которая возникла при этом. Да и как забыть эту тоску – она сопровождала меня последующие двадцать лет. Практически всё, чем я занималась эти двадцать лет, было попыткой заполнить болезненную пустоту в груди, которая требовала

Слова, летая в пространстве ума, оседали на окружающих предметах невидимой пылью. Как может жить человек? Под толстым, непроницаемым слоем мысленной пыли: непереваренных останков прошлого; выводах о людях и о себе; знаниях о том, что можно и чего нельзя, о том, что хочется и чего нет, о том, что он может и чего скорее всего никогда не сможет. Он может жить в пылу своих желаний. Человек все время что-то ищет, куда-то бежит. Может иногда нужно остановиться. Не надолго, на минуту, на час. Это