Когда провожали дедушку Феликса, через 20 лет после, у меня было желание встать справа от тела, ибо слева как будто бы кто-то уже был. Он всю жизнь верил в то, что после жизни всё заканчивается, был весёлым, убеждённым учёным-физиком, хотя знал Библию наизусть. И тогда я увидел, как он, его бестелесный, но узнаваемый образ, стоит над собственным телом, с той самой стороны, стоит и смеётся. Потому что ничего всё-таки не закончилось, и есть продолжение. Затем мне снилось, как он путешествует по планете, играет на гитаре, делает всё, о чём мечтал, а через какое-то время я уже пил чай у них с бабушкой дома, как раньше. Они воссоединились, и с тех пор мне не снились, ведь они — Дома.